Напомню, как устроен Тернит. Есть основа, которая умеет читать и говорить по-русски. К ней я пристраиваю небольшие добавки, и каждая умеет что-то одно. Одна добавка считает. Другая умеет найти ответ в справке, которую ей дали вместе с вопросом. У каждой добавки есть свой переключатель, и он сам решает, когда ей вмешаться в ответ, а когда промолчать и отдать слово основе.
Всю эту неделю переключатели ошибались. Добавка для счёта начала вмешиваться туда, где её не просили. Спрашиваешь «Зачем есть овощи и фрукты?», а в ответ вместо слов идёт длинная строка из единиц и нулей. Я пробовал переучивать добавки, менял примеры, на которых они учатся, и каждый раз одно чинилось, а другое ломалось.
Причина оказалась простой, когда я наконец её увидел. Переключатель решал, смотря только на последнее слово перед ответом. А последнее слово почти всегда одно и то же, «Ответ:». Вопрос «Сколько будет пять плюс три? Ответ:» и вопрос «Зачем есть овощи? Ответ:» для него выглядели одинаково. Представьте секретаря, который решает, кому передать звонок, услышав только «алло». Он будет ошибаться, как его ни учи.
Поэтому я научил переключатель помнить весь вопрос. Теперь он решает, как человек, который дослушал фразу до конца: слышит «сколько будет… плюс…» и включает счёт, а слышит «зачем» и молчит. После этого на обычные вопросы Тернит отвечает ровно так же, как без добавки, а считать хуже не стал.
Но главное открытие этих дней было другим, и оно меня смутило. Каждый текст, на котором учился Тернит, начинался с особой пометки «здесь начинается новый текст», как новая страница в книге. А в проверках я задавал вопрос без этой пометки, будто обращался к нему на полуслове. Когда я добавил пометку, Тернит, ничему больше не доучиваясь, стал верно решать задачки со словами в 26 случаях из 27, а до этого решал 18. Он всё это время умел больше, чем я думал, просто я неправильно спрашивал.
Прежде чем решить, что ученик не знает, проверьте, так ли вы задаёте вопрос, как его учили.
Андрей Рощупкин